60 лет со дня рождения Геннадия Смирнова

16 января 2015 г.

Одному из лучших игроков хабаровского СКА Геннадию Смирнову 16 января исполнилось бы 60 лет. К этой памятной дате размещаем на нашем сайте в разделе "Наша гордость" публикацию Юрия Собещука о легендарном форварде.
UPD: На сайте Onedivision.ru в блоге Дмитрия Иголинского опубликована статья о Геннадии Смирнове.

СМИРНОВ Геннадий Михайлович
Дата рождения: 16.01.1955 г.
Место рождения: Саратов.
Дата смерти: 02.09.2000 г.
Место смерти: Саратов.
Амплуа: нападающий.
Воспитанник - СДЮШОР «Сокол», Саратов.
Выступал за хабаровский СКА в сезонах 1978, 1979, 1990 гг.
Провёл за армейский клуб 99 матчей, забил 56 мячей.
Обладатель абсолютно лучшего результата по количеству голов, забитых футболистами СКА в ходе одного чемпионата (27 в 1979 году).

ФОРВАРД милостью Божьей

…Многие саратовские болельщики со стажем ещё хорошо помнят паузы между играми команды мастеров, проходившими на стадионе «Локомотив» в конце шестидесятых годов. Между таймами мальчишки, обслуживавшие игры чемпионата, разбивались на две команды и играли двустороннюю игру. Это было весьма захватывающее зрелище. Среди подростков всегда ярко выделялся крепко сбитый черноволосый футболист, вытворявший с мячом буквально чудеса. Замысловатые финты и высочайшая скорость позволяли ему, подобно ножу сквозь масло, проходить от своих до чужих ворот, обводить вратаря и забивать гол. Причём в большинстве случаев он откровенно играл «на публику», оптом и в розницу «накручивая» на небольшом пространстве несколько сверстников, а дойдя до ворот, обязательно забивал разные по стилю и исполнению голы… Этим футболистом был Геннадий Смирнов - брат Юрия Смирнова, игравшего за основной состав «Сокола» и так же восхищавшего зрителей своей филигранной техникой и исключительными по силе ударами.

А всё началось со стадиона «Сокол», куда в середине 60-х однажды впервые пришел на тренировку темноволосый смышлёный паренёк. Геннадий попал тогда в группу молодого начинающего тренера Юрия Стрелкова. Способный подросток хватал все «на лету». Не было нужды объяснять или показывать ему что-то по нескольку раз - любой прием он схватывал моментально и исполнял сразу. Два качества особенно подкупали в нем: высокая скорость и непреодолимая тяга к чужим воротам - именно то, что и отличает прирождённого форварда.

Тренер сразу определил Смирнова в нападение и не ошибся. В юношеском возрасте ему не было равных за всю историю саратовского футбола. Забивая за сезон более ста мячей, Геннадий продолжал, тем не менее, упорно тренироваться. В его поведении, его игре не было ни малейшего намёка на зазнайство и «величие», зачастую присущие ярким молодым игрокам, - было лишь стремление как можно быстрее самоутвердиться и попасть в команду к брату, заиграть рядом с уже известными спортсменами. Однако тренер, как мог, сдерживал порыв юного футболиста, считая, что всему должно прийти свое время. Грамотный наставник верил, что оно непременно придёт и Геннадий обязательно будет ещё и отличным игроком, и большим снайпером. И чутьё тренера не подвело.

В 1974 году заслуженный тренер СССР Виктор Карпов пригласил молодого игрока в свой коллектив, а уже в 1975-м Геннадий впервые вышел на поле в составе саратовской команды. Болельщики со стажем отчётливо помнят то его первое появление. Юркий нападающий затерзал тогда защиту гостей и забил гол, приведя в неописуемый восторг саратовскую «торсиду» и порадовав своего старшего брата, уже выступавшего тогда за столичный ЦСКА. Едва оказавшись в «основе», Гена сразу стал шлифовать, доводя до совершенства, идеальную формулу своей лаконичной, но потрясающе эффектной атаки - с будённовским прорывом и гулким ударом в концовке. И старания эти определённо не прошли даром.

На следующий год Смирнов-младший провёл полностью весь сезон в основном составе «Сокола», став одним из лучших бомбардиров команды, забив 16 голов. Слухи о молодом результативном нападающем быстро разнеслись по всей стране, и летом 1977 года, сыграв за «Сокол» четырнадцать игр и забив десять голов, Батон (дружеская кличка Смирнова) с приятелем Колей Лифаром подались в куйбышевские «Крылья Советов», в высшую лигу. Рванули по-английски, не попрощавшись. Известно, что в Куйбышев, как центр Приволжского военного округа, футболистов под предлогом призыва на армейскую службу иной раз доставляли по методу товарища Берии. Среди ночи за игроком приходили «погоны» и попросту брали «за бока». Тонко предчувствуя подобный вариант событий, руководство «Сокола» всегда прятало своих военнообязанных по больницам, где до завершения призывной кампании их держали запакованными в гипс, чтобы в случае проверки все удостоверились, что футболист из-за тяжелой травмы непригоден к армии.

Хотя играть в «Крыльях» и было престижно, большинство футболистов не очень-то стремились попасть туда. О той команде ходила дурная слава. В Саратове, например, до сих пор поговаривают, что памятное «изъятие» Коли Лифара и Тюли (ещё одна кличка Смирнова) - дело рук пресловутого «Грифа», Григория Фридлянда, тогдашнего начальника куйбышевской команды. Этот загадочно-зловещий субъект, по отзыву того же Лифара, больше всего напоминал паука, чье присутствие всюду и постоянно ощущается. В расположении команды Фридлянд появлялся неслышно и внезапно и так же незаметно исчезал. Он был воистину всемогущ, мог убрать из «Крыльев» любого, кто хоть на йоту высказывал к нему нелояльность.

В 1977-м обстановка в «Крыльях» была особенно гнетущей, команда «валилась» и в итоге вылетела из «вышки». «Варягов» игроки и местная торсида встретили недоброжелательно. Лифара - уж точно с предвзятостью, ибо тому надлежало выступать на позиции супербомбардира волжан Равиля Аряпова, который в тот момент уже приблизился к «финишной черте» своей футбольной карьеры. Но в первом же матче за Куйбышев Смирнов забил гол львовским «Карпатам». А уже в следующей игре отличился и только что заявленный за «Крылья» Лифар.

Однако своими в команде, разбитой на враждующие группировки, Смирнов с Лифаром так и не стали. Правда, начальство «Крылышек» было к саратовцам благосклонно, благодаря чему Лифар, например, быстро получил от клуба квартиру и вскоре даже женился. Друзья рассчитывали надолго задержаться в Самаре-городке, но случилось непредвиденное: руководство «Крыльев», что называется, «кинуло» майора Шнайдера, который оформлял «саратовским соколам» армейскую службу в этой профсоюзной команде, не выплатив «чину» по окончании сезона обещанной за услугу суммы. Майора в тот момент как раз перевели в штаб Уральского военного округа. И он тут же отозвал своих «рекрутов» из солнечного Куйбышева. Смирнову было предписано двигать в свердловский «Уралмаш», а Лифару - в пермскую «Звезду». Однако на Урале футболисты «кантовались» также недолго. Из Министерства обороны поступила телеграмма с приказом: направить двоих саратовцев в хабаровский СКА, где к тому времени образовались вакансии. Согласно существовавшему тогда неписаному правилу игрок, прежде чем демобилизоваться из армейского коллектива, должен был рекомендовать себе на смену кого-либо из своей прежней команды. Называлось это - «сдать». Так, на берегах Амура во второй половине 70-х и в начале 80-х, «сдавая» друг друга, выступали «соколы» Насулин, Корешков, Лифар, Смирнов и Лавров.

В Хабаровске новички пришлись явно «ко двору». Сильная, интересная, не дававшая спуску никому армейская команда три предыдущих сезона закончила на втором месте, в 1975 году уступив всего два очка в первенстве своим извечным противникам из Благовещенска, в 1976-м пропустив вперёд мощный свердловский «Уралмаш», а в 1977-м - ещё одного принципиального соперника в лице семипалатинского «Спартака». Такое положение дел определённо не устраивало ни болельщиков, ни отцов города и края, ни армейское руководство в лице командующего Краснознамённым Дальневосточным военным округом генерала армии Ивана Моисеевича Третьяка, человека волевого, амбициозного и безумно влюблённого в спорт. Всем очень хотелось побед. Больших и ярких. Сегодня. Сейчас.

В сезон 1978 года хабаровский СКА вступил в значительно видоизменённом составе. Вернулся в родной Саратов опытный турнирный боец Александр Корешков. Отслужив положенный срок, уволились и также уехали домой «столпы» армейской обороны - надёжный защитник Лев Куташов и вратарь Алесандр Забияко, а основной голкипер хабаровчан Евгений Кожемяко из-за возникших разногласий со старшим тренером Б.Т. Семёновым перебрался в Комсомольск-на-Амуре. «Перевалил» пик своей карьеры некогда острый форвард Анатолий Бабкин, и, напротив, «пошёл на повышение», перебравшись в столичный ЦСКА, лучший бомбардир армейцев Анатолий Ольховик, уход которого был особенно ощутим для команды. Вот эту потерю и должен был компенсировать забивной саратовский форвард Смирнов.

И он с первых дней своего пребывания в Хабаровске принялся добросовестно «отрабатывать» выдаваемые ему «авансы». Высокий потенциал волжского новичка был виден невооружённым глазом. Мастерство Геннадия, действовавшего в скоростной, остроатакующей манере, сразу по достоинству оценили и тренеры, и товарищи по команде. Он обладал потрясающей техникой, владел отменным ударом с обеих ног и, кроме того, великолепно играл головой, нередко завершая атаки сильными и точными «выстрелами» со «второго этажа».

Правда, справедливости ради следует сказать, что и у Геннадия в новой команде поначалу не всё складывалось совсем так, как хотелось бы. Нет, коллектив принял новичков нормально, да иначе, собственно, и быть не могло - весёлый, компанейский, «душа нараспашку» парень просто не мог не прийтись по сердцу новым товарищам по команде. А вот в игре… Поначалу футболистам остро не хватало взаимопонимания, чёткого взаимодействия на поле, игроки лишь постепенно «притирались», приспосабливаясь к манере игры друг друга. Процесс этот сложный и достаточно болезненный, и преодолеть его сходу и легко редко кому удаётся. Не миновала чаша сия и нашу армейскую дружину.

Сезон 78-го хабаровчане начали, мягко скажем, не очень - две стартовые домашние встречи с откровенно слабыми торпедовцами Томска и не хватающими звёзд с небес динамовцами Барнаула завершились унылыми безголевыми ничьими, вызвавшими бурю недовольства в «верхах». И лишь в третьем, завершавшем домашнюю серию матче с «Чкаловцем» хабаровских форвардов наконец «прорвало» - забив 4 гола (дважды отличился Смирнов, ещё по разу - Владимир Козлов и Сергей Окунев), на которые соперник смог ответить лишь одним, армейцы отпраздновали, наконец, первую (крупную!) победу в новом сезоне, а Геша (как любовно прозвали его с первых туров хабаровские болельщики) открыл свой «лицевой счёт» забитых за новый клуб мячей.

Впрочем, постепенно команда разыгралась. Далее последовала неплохая шестиматчевая серия, принесшая СКА ещё пять побед при одной лишь ничьей (дальневосточники разошлись миром в Улан-Удэ с местными «железнодорожниками»), и к десятому туру армейцы шли во главе турнирной таблицы, имея в графе «поражения» гордый ноль и всего три потерянных очка. Правда, Смирнову в этих встречах удалось отличиться только раз, однако этот гол стоил дорогого. Он стал единственным и победным, забитым (в гостях!) в ворота самого ярого противника хабаровчан - «Луча» из Владивостока!

К сожалению, после этого команду неожиданно и серьёзно «залихорадило». Успешные матчи стали чередоваться с малообъяснимыми провалами, яркие, убедительные победы (вспомним: феерическая виктория, 4:2 - над победителем турнира, павлодарским «Трактором», 4:1 - над прошлогодним чемпионом, Семипалатинском; разгром 3:0 всё того же «Луча», нокаутирующие 6:1 - братской «Энергии», разгром «Автомобилиста», «Звезды», «Горняка») - с болезненными (как, например, в Комсомольске - 2:3, или в Темиртау), а порой и попросту разгромными (чего стоит одно «избиение» в Омске - 2:6!) поражениями. Ну а поистине переломной стала для дальневосточников провальная выездная пятиматчевая серия на полях Сибири и Казахстана, из которой армейцы сумели привезти лишь одно очко, потерпев при этом 4 поражения подряд. Оправиться от такого фиаско наша команда так и не смогла. В итоге сезон, от которого ждали очередного восхождения на пьедестал, оказался полностью провален. 12 поражений, почти 50 пропущенных мячей и 7-е место в турнирной таблице - это был явно не тот результат, на который изначально рассчитывали болельщики и высшее футбольное руководство края и округа...

Однако даже в такой, в целом тусклой и безрадостной «картине маслом» нашлись свои светлые полутона и яркие солнечные пятна. И одним из них оказался, вне всякого сомнения, новичок хабаровского СКА Смирнов, ставший записным лидером атак армейской команды. Вместе с Сергеем Кузьминым и Владимиром Козловым они сформировали грозный атакующий трезубец, на острие которого находился Геннадий, забивший в итоге 19 голов, а всего на счету ударного трио хабаровчан по окончании сезона их числилось 38 - львиная доля из 63, забитых командой. И можно было о чём угодно говорить, о чём угодно спорить, и в чём угодно сомневаться, кроме одного - в лице Геши хабаровский СКА приобрёл великолепного, по- настоящему ЗАБИВНОГО форварда, большого бомбардирских дел мастера и просто хорошего, душевного человека!

Ярчайшим подтверждением этих слов может послужить следующий футбольный сезон, ставший одним из самых памятных и ярких событий в более чем пятидесятилетней истории выступлений нашей хабаровской команды в первенствах страны…

…В межсезонье в составе, как всегда, произошли значительные кадровые перемены. Перешёл в «Крылья Советов» Сергей Кузьмин, после окончания срока службы уехал домой полузащитник, игрок «основы» Александр Георгиев, завершил выступление за СКА любимец хабаровской «торсиды» Шурик Шигидин. Команду пополнили вратарь Сергей Гришин, мощный форвард таранного типа Сергей Бологов и цепкий, неуступчивый защитник Владимир Садыков из кемеровского «Кузбасса», воспитанник хабаровской футбольной школы, хавбек Олег Скоркин, защитник Висвалдис Данга. По-прежнему в «боевом строю» оставались испытанные турнирные бойцы Леонид Скрыльников, Сергей Тимофеев, Владимир Бычек, Геннадий Рютин, Владимир Крымский, Виктор Семёнов, Николай Лифар, Владимир Козлов, Вадим Мыскив, ну и, разумеется, главная ударная сила хабаровчан - Геннадий Смирнов.

Все, кто ходил в тот год на футбол, уверен, согласятся со мной - в розыгрыше 1979-го Гена Смирнов был просто НЕПОДРАЖАЕМ! Неистовый бомбардир, Человек-гол - казалось, что на футбольном поле он буквально порхает от удачи к удаче, забивая изумительные по красоте и немыслимые по важности голы….

Тот победный для Хабаровска чемпионат получился просто блестящим по всем итоговым показателям, по игре и результату и, одновременно с этим, чудовищно сложным и напряжённым по сюжету и остроте турнирных коллизий, до самого последнего тура держа всех нас в неподдающемся никаким описаниям, несказанно-нервном ожидании исхода. Захватив с первых же матчей лидерство в группе, армейцы до последнего, 40-го тура не переставали чувствовать за спиной близкое и жаркое «дыхание» преследовавшего их буквально по пятам карагандинского «Шахтёра». Несмотря на прекрасную игру, оторваться от навязчивого преследователя больше, чем на 3 очка, нашей команде так и не удалось ни разу. Так, до самой «ленточки» и продолжалась эта немыслимая погоня «ноздря в ноздрю», на финише которой мы всё же сумели вырвать победу, обойдя в итоге карагандинцев на одно (!) очко. И лучшим в составе победителей, вне всякого сомнения, снова был Геннадий Смирнов. 27 мячей забил он соперникам, и лишь 2 (прописью - две!) команды - благовещенский «Амур» и «Булат» из Темиртау - сумели сохранить неприступными свои ворота после ударов хабаровского «артиллерио». Именно его голы, забитые в заключительных матчах первенства с кокчетавским «Торпедо» и «Авангардом» из Петропавловска-Казахстанского, стали решающими и принесли нашей команде сколь желанный, столь и долгожданный успех, окончательно и бесповоротно оформив хабаровскому СКА путёвку в Первую союзную лигу!

К огромному сожалению всех хабаровских любителей футбола, сразу после триумфального для нашей команды сезона, пути хабаровского СКА и его лучшего в истории (да простят меня многие достойные армейские мастера) форварда надолго разошлись. Смирнов в межсезонье получил приглашение, от которого не отказываются, - его пожелал видеть в своих рядах САМ московский «Спартак». Удерживать форварда, столь много сделавшего для хабаровского футбола и, тем более, получившего столь лестное для любого футболиста предложение, никто, разумеется, не стал. Выслушав тёплые напутственные слова и пожелания игроцкой удачи, Геннадий двинулся покорять Москву… Множество раз с той далёкой поры я пытался мысленно представить себе, что было бы, как бы выступила тогда, в олимпийском 80-м, в Первой лиге наша футбольная команда… Страшно подумать, на что могли бы замахнуться армейцы, останься тогда (ещё хотя бы на годик!) в Хабаровске Геша, Тюля, Батон - Геннадий Смирнов…

В Москве у Гены, к сожалению, не сложилось. Пробиться в «основу», где тогда царствовали (вслушайтесь только!) Романцев, Букиевский, Булгаков, Мирзоян, Хидиятуллин, Шавло, Гаврилов, Сидоров, Черенков, Ярцев, Калашников (что ни имя - то ИМЯ!), было практически невозможно. Правда, Смирнов всё-таки сыграл за «Спартак» один матч в одном из первых туров первенства страны, но так и не закрепился в составе, и, хотя клятвенно обещал, если не заладится в Москве, вернуться в Хабаровск, где он был Кумир, Царь и Бог, в итоге на четыре года подвизался в Воронеже, где моментально стал таким же кумиром, богом и царём для воронежских болельщиков, которые разве что только и впрямь не молились на него. Придя в «Факел» в середине первого круга (почему и не участвовал в игре 22 мая в Хабаровске против теперь уже бывших одноклубников), Геша за 32 оставшихся тура успел наколотить в ворота соперников 22 (!) мяча. А всего за воронежский клуб Геннадий провёл 148 матчей, забив при этом 71 гол, и став всего за четыре года одним из лучших снайперов за всю историю союзной первой лиги. Но…

…Губит людей, как известно, не пиво… Расслабиться Гена всегда и умел, и любил, чего, собственно, толком никогда и не скрывал. Вот как легко и просто высказался он об этом в одном из своих давних интервью:

- На дворе ноябрь, погода - хуже не придумать: холод, метель. Наш матч с «Локомотивом» близится к концу, счет не открыт, а победа нужна во как (при этих словах Смирнов провел краем ладони по кадыку). Остается всего минута. Вдруг кого-то скашивают в штрафной хозяев, судья свистит, и во мне все заходится от ликования - одиннадцатиметровый!… Ребята кивают - иди, бей. И тренер наш, Марьенко, выбежав к кромке поля, кричит: «Бей, Смирнов!»

Подхожу к «точке». Выдалбливаю бутсами в мерзлой земле лунку, ставлю на нее красный мяч. Отбегаю. Примеряюсь. Арбитр дает сигнал. Но только я тронулся с места, как налетает порыв ветра с густой снежной пеленой, и мяч укатывается в сторону. С досады меня заколотило. Делаю ямку поглубже, вокруг мяча сооружаю валик из снега. Перевожу взгляд на вратаря.

И тут «Бабура» (голкипер «Локомотива» Сергей Бабурин), вперившись в меня немигающими, широко раскрытыми глазами, разводит в стороны руки и начинает мелко трясти кистями рук - такой у него способ гипноза. Бью низом. Мяч, «целуя» корень штанги, отскакивает за пределы поля. Все, свисток, 0:0. Под трибуной ко мне подваливает работник воронежского обкома - местная шишка, на всех выездах команду сопровождал, «благодетель». И - нагло в лицо: «Геш, а может, ты специально так пробил?». Дескать, я игру сплавил. «Я те дам «специально», бар-ран!»… - А что дальше? Небось, строгача за дерзость влепили? - Да ничего не было. Вернулся я в гостиницу. Раздавил «пузырь». А потом лег спать...

Постепенно с руководством начались трения, и в итоге Геша, «забив» на всё и «послав» «в лёгкое эротическое путешествие» всех, уехал домой в Саратов, где и начинал свою спортивную карьеру и где был не меньшим (если не большим) любимцем местной футбольной торсиды. Здесь за два неполных сезона он наколотил ещё четыре десятка голов, а дальше начались те же проблемы, что и в Воронеже. И тогда Гена подался на «вольные хлеба». Попробовал вернуться в «Факел» - приняли с распростёртыми объятиями, но очередной «роман» с Воронежем долгим и удачным на этот раз не получился - 12 матчей и всего 1 забитый гол…

Многие уже поставили на Смирнове крест. А он подался в Узбекистан, в наманганский «Новбахор» - очень приличную по тем временам команду, и в 16 матчах отгрузил друзьям-узбекам 12 мячей. Потом ещё были семилукский «Химик» и Южно-Сахалинский «Сахалин», а в 1990 году, спустя 10 лет, Гена Смирнов вернулся в Хабаровск. Несмотря на свои 35, Геша провёл за СКА очень приличный сезон, выступая в роли «дядьки-наставника» для молодых тогда Макиенко, Поддубского, Шпирюка, Михаила Семёнова. 21 матч, 10 забитых мячей - совсем неплохо для 35-летнего, вы не находите? Для справки: лучший бомбардир команды Игорь Протасов, в свои 26 находившийся в самом расцвете сил, забил тогда 11, но в 28 играх. На долю ВСЕЙ остальной команды (а это 17 полевых игроков) досталось всего 23 гола…

…В разных лигах и командах - от саратовской до камчатской и сахалинской, от воронежской до наманганской - он назабивал столько, что быть бы ему, по хорошему, к завершению выступлений богачом, новым русским. Но… не вышло. Жизнь Геши Смирнова - извечная драма, блеск и нищета, сияющая вершина и темное дно.

После окончания футбольной карьеры, намотавшись по стране, Смирнов вернулся в родной для него Саратов… Увы, обрести себя в новой жизни он, на свою беду, в итоге так и не сумел. Некоторое время его ещё можно было видеть на 5-й Дачной, в «бандитском» клубе «Салют», где зимой, облаченный в ватник, он лениво колол лед перед входом в помещение, а летом что-нибудь красил. Последней опорой в жизни для него была мама. Когда её не стало, Геннадий совсем опустился, нигде постоянно не работал и, в конце концов, трагически погиб - в собственной квартире его ударом ножа в горло зарезали собутыльники.

…ВЕЛИКИЙ был игрок, форвард и бомбардир милостью Божьей. Упокой, Господи, душу его. Мир его праху. И вечная память…

Юрий Собещук


Обсуждение:

Cтатистик:

+17    

Интересная статья про замечательного футболиста. Спасибо, DAD. К сожалению в силу возраста видел его Игру только в сезоне-90 в котором он забил 10 мячей. Болельщики СКА всегда будут помнить о нём.

16 января 2015 г. в 20:16  |  Ответить

Добавление комментария:


Отправка комментариев временно доступна только для зарегистрированных посетителей.

Войдите на сайт, чтобы оставить свой комментарий к новости.